| Николай Иванович Ежов |
|
В своих анкетах и автобиографиях Ежов утверждал, что родился в 1895 году в Санкт-Петербурге в семье русского рабочего-литейщика. На следствии в 1939 признался, что его мать была литовкой. В анкетах за 1922 и 1924 писал: «объясняюсь на польском и литовском языках». На момент рождения Николая Ежова семья, судя по всему, проживала в селе Вейверы Мариампольского уезда (ныне Литва) Сувалкской губернии (г. Сувалки ныне в составе Польши), а три года спустя, когда его отец Иван Ежов, родившийся в Тульской губернии, получил повышение и был назначен земским стражником Мариампольского городского участка, — переехала в Мариамполь. В 1906 году Николай Ежов отправился в Петербург, в ученье к портному, родственнику. В 1917 году вступил в большевистскую партию. В годы Гражданской войны — военный комиссар ряда красноармейских частей, где служил до 1921 года. После окончания Гражданской войны он уехал в Туркестан на партийную работу. В 1922 году — ответственный секретарь областного комитета партии Марийской автономной области, секретарь Семипалатинского губкома, затем Казахского краевого комитета партии. С 1927 года — на ответственной работе в ЦК ВКП(б). Отличался, по мнению некоторых, слепой верой в И. В. Сталина, по мнению других, вера в Сталина была лишь маской, чтобы войти в доверие у руководства страны и на высших постах преследовать свои цели. В 1929—1930 — заместитель наркома земледелия СССР. В 1930—1934 годы он заведует Распределительным отделом и Отделом кадров ЦК ВКП(б), то есть реализует на практике кадровую политику Сталина, а также Промышленным отделом. С 1934 года Ежов — заместитель председателя Комитета партийного контроля при ЦК ВКП(б), с февраля 1935 года по март 1939 года — председатель КПК и секретарь ЦК ВКП(б).
1 октября 1936 года Ежов подписал первый приказ по НКВД о своём вступлении в исполнение обязанностей народного комиссара внутренних дел СССР. Как и его предшественнику Г. Г. Ягоде, Ежову подчинялись и органы государственной безопасности (ГУГБ НКВД СССР), и милиция, и вспомогательные службы, такие, как управления шоссейных дорог и пожарной охраны. На этом посту Ежов, в деятельном сотрудничестве с И. В. Сталиным и обычно по его прямым указаниям, занимался координацией и осуществлением репрессий против лиц, подозревавшихся в антисоветской деятельности, шпионаже (статья 58 УК РСФСР), «чистками» в партии, массовыми арестами и высылками по социальному, организационному, а затем и национальному признаку. Систематический характер эти кампании приняли с лета 1937 года, им предшествовали подготовительные репрессии в самих органах госбезопасности, которые «чистили» от сотрудников Ягоды. В этот период предельно широко использовались внесудебные репрессивные органы: т. н.(«особые совещания (ОСО)» и «тройки НКВД»). При Ежове органы госбезопасности стали зависеть от руководства партии гораздо слабее, чем при Ягоде. Ежов сыграл важную роль в политическом и физическом уничтожении т. н. «ленинской гвардии». Были репрессированы бывшие члены Политбюро ЦК ВКП (б) Ян Рудзутак, Станислав Косиор, Влас Чубарь, большая часть членов ЦК, наркомов, секретарей обкомов, военного командования, руководителей крупнейших предприятий. Существуют разные точки зрения насчёт того, был ли Ежов старательным исполнителем сталинских указаний или проводил собственную политическую линию. При Ежове был проведён ряд громких процессов против бывшего руководства страны, закончившихся смертными приговорами, особенно Второй Московский процесс (январь 1937 года), Дело военных (июнь 1937 года) и Третий Московский процесс (март 1938 года). В своём рабочем столе Ежов хранил пули, которыми были расстреляны Зиновьев, Каменев и другие; эти пули были изъяты впоследствии при обыске у него. Данные о деятельности Ежова в области собственно разведки и контрразведки неоднозначны. По отзывам многих ветеранов разведки, Ежов был в этих делах абсолютно некомпетентен и всю энергию посвящал выявлению внутренних «врагов народа» С другой стороны, при нём органами НКВД был похищен в Париже генерал Е. К. Миллер (1937 год) и проводился ряд операций против Японии, за рубежом был организован ряд убийств неугодных И. В. Сталину лиц. Ежов считался одним из главных «вождей», его портреты печатались в газетах и присутствовали на митингах. Широкую известность получил плакат Бориса Ефимова «Ежовые рукавицы», где нарком берёт в ежовые рукавицы многоголовую змею, символизирующую троцкистов и бухаринцев. Была опубликована «Баллада о наркоме Ежове», подписанная именем казахского акына Джамбула Джабаева (по некоторым данным, сочинённая «переводчиком» Константином Алтайским). Постоянные эпитеты — «сталинский нарком», «любимец народа». "Помню, когда я изучал реабилитационное дело Ежова, меня поразил стиль его письменных объяснений. Если бы я не знал, что за плечами у Николая Ивановича незаконченное низшее образование, то мог бы думать, что это так складно пишет, так ловко владеет словом хорошо образованный человек. Поражает и масштаб его деятельности. Ведь именно этот невзрачный, необразованный человек организовал строительство Беломорканала (начал эту «работу» его предшественник Ягода), Северного пути, БАМа." - А. Т. УколовПодобно Ягоде, Ежов незадолго до своего ареста (9 декабря) был смещён с поста главы НКВД на менее важный пост, что являлось признаком его опалы. Первоначально его по совместительству назначили наркомом водного транспорта (НКВТ): эта должность имела отношение к предшествующей его деятельности, так как сеть каналов служила важным средством внутренней связи страны, обеспечивающим государственную безопасность, и возводилась зачастую силами заключённых. После того, как 19 ноября 1938 года в Политбюро обсуждался донос на Ежова, поданный начальником управления НКВД по Ивановской области В. П. Журавлёвым (который вскоре перемещён на пост начальника УНКВД по Москве и Московской области), 23 ноября Ежов написал в Политбюро и лично Сталину прошение об отставке. В прошении Ежов брал на себя ответственность за вредительскую деятельность различных «врагов народа», проникших по недосмотру в НКВД и прокуратуру, а также за бегство ряда разведчиков и просто сотрудников НКВД за границу (в 1937 году полпред НКВД по Дальневосточному краю Г. С. Люшков бежал в Японию, в то же время сотрудник НКВД УССР Успенский скрылся в неизвестном направлении и т. д.), признавал, что «делячески подходил к расстановке кадров» и т. п. Предвидя скорый арест, Ежов просил Сталина «не трогать моей 70-летней старухи матери». Вместе с тем, Ежов подытожил свою деятельность так: «Несмотря на все эти большие недостатки и промахи в моей работе, должен сказать, что при повседневном руководстве ЦК НКВД погромил врагов здорово…» 9 декабря 1938 года «Правда» и «Известия» опубликовали следующее сообщение: «Тов. Ежов Н. И. освобождён, согласно его просьбе, от обязанностей наркома внутренних дел с оставлением его народным комиссаром водного транспорта». Его преемником стал Л. П. Берия, который был организатором Террора 1937—1938 в Грузии и Закавказье, а придя в НКВД, провёл ещё с конца сентября 1938 года по январь 1939 года широкомасштабные аресты в НКВД, прокуратуре и судах людей Ежова. 21 января 1939 года Ежов присутствовал на торжественном заседании по случаю 15-летия смерти В. И. Ленина. Не был избран делегатом XVIII съезда ВКП(б). 10 апреля 1939 года нарком водного транспорта Ежов был арестован по обвинению в «руководстве заговорщической организацией в войсках и органах НКВД СССР, в проведении шпионажа в пользу иностранных разведок, в подготовке террористических актов против руководителей партии и государства и вооружённого восстания против Советской власти». Впрочем, известный политический аналитик Анатолий Вассерман утверждает и то что Сталин уничтожил Ежова, как и других лидеров НКВД в связи с многочисленными нарушениями в их работе.Содержался в Сухановской особой тюрьме НКВД СССР. Согласно обвинительному заключению, «подготовляя государственный переворот, Ежов готовил через своих единомышленников по заговору террористические кадры, предполагая пустить их в действие при первом удобном случае. Ежов и его сообщники Фриновский, Евдокимов и Дагин практически подготовили на 7 ноября 1938 года путч, который, по замыслу его вдохновителей, должен был выразиться в совершении террористических акций против руководителей партии и правительства во время демонстрации на Красной площади в Москве». Кроме того, Ежов обвинялся в уже преследуемом по советским законам мужеложстве (в обвинительном заключении было сказано, что Ежов совершал акты мужеложества «действуя в антисоветских и корыстных целях»). На следствии и суде Ежов отвергал все обвинения и единственной своей ошибкой признавал то, что «мало чистил» органы госбезопасности от «врагов народа». "Я почистил 14 000 чекистов, но огромная моя вина заключается в том, что я мало их почистил. Повсюду были враги…"В последнем слове на суде Ежов заявил: "На предварительном следствии я говорил, что я не шпион, я не террорист, но мне не верили и применили ко мне сильнейшие избиения. Я в течение двадцати пяти лет своей партийной жизни честно боролся с врагами и уничтожал врагов. У меня есть и такие преступления, за которые меня можно и расстрелять, и я о них скажу после, но тех преступлений, которые мне вменены обвинительным заключением по моему делу, я не совершал и в них не повинен… Я не отрицаю, что пьянствовал, но я работал как вол… Если бы я хотел произвести террористический акт над кем-либо из членов правительства, я для этой цели никого бы не вербовал, а, используя технику, совершил бы в любой момент это гнусное дело…"3 февраля 1940 года Н. И. Ежов приговором Военной коллегии Верховного Суда СССР был приговорён к исключительной мере наказания — расстрелу; приговор был приведён в исполнение на следующий день, 4 февраля того же года в здании Военной коллегии Верховного Суда СССР. Труп кремирован в Донском крематории. Другие биографии |
Николай Иванович Ежов (19 апреля (1 мая) 1895 года — 4 февраля 1940 года), советский государственный и политический деятель, генеральный комиссар государственной безопасности (1937), нарком внутренних дел СССР в 1936-1938. С 1922 на партийной работе, в 1935-1939 секретарь ЦК ВКП(б). В 1938-1939 нарком водного транспорта СССР. В 1935-1939 председатель КПК при ЦК ВКП(б). В 1939 арестован, расстрелян. Возглавляя органы внутренних дел, был одним из главных исполнителей массовых репрессий.
В сентябре 1936 года назначен Народным комиссаром внутренних дел СССР.